49. Любить парня - грех, а минет в служении Богу, не помеха.

Вскоре после публикации истории Владимира, мне написал его знакомый из Питера, - Евгений. Этому молодому симпатичному парню всего лишь двадцать лет, но он уже прошел через много жизненных трагедий, а теперь тяжело переживает неразделенную любовь к служителю православной церкви. Мы договорились опубликовать его историю. Но воспоминания давались Жене нелегко, и он возвращался к новому письму с очередным фрагментом, лишь спустя время. Таким образом, написание рассказа затянулось на месяц. Получив последний фрагмент, я понял, что втиснуть в один небольшой очерк данную историю просто невозможно, и мне придется ее сильно сокращать, за что заранее прошу прощения у Евгения.

Мать Жени умерла, когда ему было чуть больше года, и ребенка к себе на воспитание взяли ее родители. Дедушка, - действующий генерал, был добрым и нежным по отношению к внуку, а бабушка, наоборот, - жесткой и деспотичной. Но именно бабушка занималась воспитанием внука, желая сделать из него интеллигентного человека. До шести лет Женя жил с ними в Германии, а потом они вернулись в Петербург, где Женя мог чаще видеться со своим отцом, у которого уже была другая семья и сын от второго брака.

С детских лет окружающие выражая сочувствие, постоянно подчеркивали сиротство Жени. В школе многие смеялись над тем, что он толстый, унижая и избивая его. В возрасте семи лет Женя повредил спину, и пол года был прикован к кровати. После этого ему пришлось ходить в корсете, выслушивая насмешники сверстников. Травма сделала еще большей пропасть непонимания между Женей и другими ребятами.

Потом умер дедушка, и жизнь Жени стала невыносимой. Бабушка называла его отродъем, открыто высказывая презрение к родству его отца. Возможно, бабушка и раньше не любила внука, и терпела его из-за деда, а строгостью прикрывала свою неприязнь, а может, сказался возраст, горечь утраты, неумение ладить с подростком, да и вопросы наследства деда давали о себе знать. В любом случае, со смертью дедушки, конфликтов становилось все больше. Нередко их участником становился дядя, -любимый сын бабушки. Дошло до того, что он стал избивать Женю. А когда Жене было 16 лет, бабушка отправила внука жить к отцу, который к тому времени уже развелся.

Во всей этой кутерьме происходило половое созревание парня. В тринадцать лет он начал понимать, что возбуждают его не женщины, а мужчины, при этом, взрослые, мужественные, похожие на его деда-генерала. Первой любовью Жени стал дед, - папин отец. Когда Женя ему признался в этом, то дед сказал, что с этим нужно бороться. Сейчас Женя понимает, что он нестандартен не только среди гетеросексуалов, но и среди геев, но тогда он был наивен и откровенен.

Женя был крещен, верил в Бога, ходил в церковь, учил молитвы, читал Библию, испытывая желание быть ближе к Богу и к церкви. Когда он осознал свою «неправильную» ориентацию, он молился и надеялся, что это все пройдет. Но когда «это» не прошло, а дед отвернулся от него, у Жени что-то оборвалось внутри, и религия ушла на второй план.

Дальше от лица Жени:

Пару раз я безответно влюблялся, потом продолжал искать, веря, что найду человека, с которым буду счастлив. Я искал на форумах, на сайтах знакомств, в клубах, на улице, словно чувствуя, - искать осталось недолго. После того что произошло далее, я теперь никого не ищу, и уже не верю, что буду счастлив.

Я нашел странную анкету Павла Павличева, - из нее трудно было понять, чего хотел этот человек. Думаю, я бы и не начал переписку, если бы не его фотография с ангельским лицом. Мы начали переписываться. Павел написал, что я ему нравлюсь, и он готов приехать в Питер. Оказалось, он жил в Москве, но часто бывает в Питере. Рано утром я встретил его на московском вокзале. Шел дождь, что казалось странным в феврале. Мы пошли в кофейню около вокзала и начали знакомиться. Павлу было 27 лет, он выпускник питерской духовной академии, работает регентом в Москве. Разговор перешел на религию, и он начал говорить мне, что православие - истинная вера, и я должен верить в Бога. Но я уже не слышал его, понимая, что я влюбился в него с первого взгляда. За час общения я понял, что мне не нужен в жизни никто другой, кроме него.

Он повел меня в Александро-Невскую Лавру, рассказывая по пути, какой джип у его начальника, и какое ожерелье он хочет купить матери. Зайдя в храм Лавры, он попросил меня подождать, а сам пошел разговаривать со знакомыми священниками. Я ходил между икон, осознавая, что влюбился, поражаясь, что это произошло так молниеносно. Я был очарован его красотой. Меня не оставляло чувство, что я уже видел его раньше, что мы уже были вместе. Вернувшись, Павел предложил попрощаться до завтра, сказав, что поедет к другу. Для меня это было облегчением, и когда он ушел, я чуть не расплакался от переполнявшего меня счастья, все еще не веря в реальность происходящего. Город вокруг меня, словно преобразился.

Вечером следующего дня Павел по телефону предложил приехать в его район. Когда мы встретились, он был сильно пьян. Заведя меня в ближайшую подворотню, он, резко обняв меня, начал целовать. Мрачное место и обстановка шокировали меня, но его поцелуи были приятны мне. Он куда-то повел меня, а я безропотно шел за ним, подчиняясь, словно во сне. Он завел меня в подвал заброшенного здания за железной дорогой. Сняв брюки, он попросил меня сделать ему минет. Я был в замешательстве, но подчинился, ведь я был влюблен в этого человека. А потом мы пошли в сторону дома, где он остановился у своего друга. Было холодно. Я молчал, а Павел стал рассказывать о своем тяжелом детстве, о том, что он вел культурные передачи и классно поет. На этом мое «романтическое» свидание закончилось. По дороге домой я получил от него смску, в которой он написал: "ты мне очень нравишься, но как человек, а не как...". А мои губы еще ощущали вкус его спермы. Мне было безумно больно. Прибежав домой, я удалил страницу на мамбе, все сообщения и фотографии.

Через неделю Павел перезвонил, начал извиняться, сказав, что хочет, чтобы мы были вместе, но я не верил ему. Через месяц я понял, что он мне нужен, я любил его и тосковал за ним. И я возобновил переписку. Весной я пригласил Павла в Питер, отпраздновать его день рождения. Я снял квартиру, и мы провели незабываемую ночь. На следующий день, перед отъездом, он сказал мне, что еще не загорелся ответными чувствами, но хочет общаться дальше, потому что я ему дорог. Мне было тяжело это слышать, хотя я и предполагал нечто подобное. Я думал, что встреч больше не будет, но через месяц он стал названивать мне и звать в Москву...

Я долго отказывался, понимая, что это обернется очередной болью. Но мои чувства заглушали рассудок, поэтому, соврав родителям, что я поехал к друзьям в Пушкин, я купил билет на сидячем месте, и отправился в Москву. До отправления оставалось два часа, я зашел в суши. За соседним столиком целовались парень и девушки неформалы, а из телефона девушки звучала песня Nirvana - Rape Me. Я жевал ролл и начинал терять аппетит, мне казалось, что это песня обо мне.

Утром Павел встретил меня на вокзале, и мы отправились на квартиру на шоссе Энтузиастов в промышленном районе города. Это была запущенная квартира со старой мебелью и чужими фотографиями на стенах, и я понял, что он снимает ее. Павел заставил, чтобы я приготовил себе пельмени, а когда я покушал, из соседней комнаты прозвучал его голос: «У нас есть два часа, а потом мне нужно на работу. Так что давай, раздевайся». Войдя в комнату, я увидел разосланный хромой диван и раздетого Павла. С одной стороны я готов был схватить его и упасть куда угодно, но меня убивала мысль, что он позвал меня только ради этого. Анальный секс Павел считает большим грехом, за который человек попадает прямиком в ад, но при этом он считает допустимым оральный секс. Он называет себя пассивом, но фактически просто позволяет делать ему минет, не проявляя при этом никаких чувств и движений по отношению к партнеру. Мы занимались подобием любви, после чего я ощущал себя шлюхой.

Он оделся и ушел по делам, а я отправился «смотреть» Москву и покупать обратный билет, договорившись встретиться вечером. Оказавшись один в незнакомом городе, я слонялся среди мрачных московских улиц, и мне было жутко плохо. На каждом углу стояли церкви, часовни. Люди странно поглядывали на меня, - наверное, я был очень мрачен. Мне и вправду хотелось убежать, уехать, улететь домой.

Вечером я пришел раньше Павла. Когда он вернулся, то не стал готовить ужин, потому что поел в церкви, а мне кушать не хотелось. Мы легли на диван, я рассматривал его, и приходил в ужас, - передо мной лежал тот, ради которого я был готов на все, готов лишиться жизни, и мне было наплевать на окружающих, но я не мог понять, почему мне так холодно рядом с ним. Я снова должен был удовлетворить Павла, но чтобы достичь оргазма, он запустил ноутбук с гей порно. Мне становилось мерзко все происходящее.

Утром по дороге Павел пытался говорить мне что-то о религии, но я не мог слушать его. Я с трудом сдерживался, чтобы не выкрикнуть "какая, вашу мать, религия, после того что было вчера"! В каком-то переулке мы попрощались. Когда я уже сидел в автобусе, мне хотелось рыдать, но вокруг были люди и я всеми силами сдерживал себя. Я вставил наушники и начал слушать Muse - Map of Problematique.

Приехав домой, я пообещал себе никогда больше не видеться и не общаться с ним. Прошло полтора месяца, тяжелых для меня. Я не мог объяснить себе, почему меня тянет к человеку, который меня не любит, который разбил мои мечты, который втоптал в грязь мои представления о любви, о церкви и о православии. Один гей мне на это ответил так: «Все ущербные в церкви, куда же им еще? И у них там содомы и гоморры покруче, чем у нас с тобой». Ночами я сидел перед его фотографией и мечтал, чтобы все происшедшее оказалось неправдой, чтобы все изменилось. Я обращался к Богу, умолял вернуть все вспять, чтобы оказаться вместе с Павлом. Я был готов на все ради этого, я был готов стать религиозным, смириться со многими вещами. Меня затягивала депрессия.

Однажды я рассматривал его фотографию, и в это время мне позвонил Павел, снова приглашая меня в Москву. Положив трубку, я разрыдался, не зная, что делать. Он стал заваливать меня смсками. И я снова отправился в Москву. Я приехал на одну ночь. Это было словно сон. Я плакал у него на груди, целовал каждую часть его тела. Меня так несло, что он даже испугался...
- Ты и вправду меня так сильно любишь? - спросил он.
Я молчал
- Женя я говорил тебе, что хочу стать священником. Хоть я и говно, но мне нужно стремиться к духовности.
- Какая духовность? То о чем ты говоришь, это карьера.
- Да, но эта карьера связана с духовным ростом.
- Вряд ли.
- Ты ничего не знаешь об этом, Женя, как ты можешь судить?

Утром мы отправились на вокзал. В метро толпился народ с озабоченными, мрачными лицами. Мне хотелось улыбнуться, - ведь я иду среди них с любимым человеком, но взглянув на Павла, я понял, что он думает о чем угодно, только не обо мне. Мне стало жутко, я понял, что совершенно одинок в этой толпе. Я отлучился, купил розу, которую подарил Павлу, но он испугался и начал спрашивать, можно ли отдать розу кондуктору… Мы попрощались. Я провожал его взглядом, не упуская из виду его белую рубашку. Он обернулся и улыбнулся детской улыбкой. И мне так захотелось его уберечь от Москвы, которая готова была пожрать его вместе с сотнями тысяч людей, снующих, словно муравьи на вонючем, грязном вокзале. Но я понимал, что он часть этого холодного и жестокого города.

«Приехали!» - разбудила меня проводница. Метро было закрыто, и я вышел на площадь Восстания. Спящий город встречал меня своими огнями. Я вставил в уши KOSS и меня начал ласкать нежный голос Брайана Молко. Играла песня о воспоминаниях, навевая грусть. В моей голове пел уже не Брайан, а я сам, прокручивая все, происшедшее в Москве. Вот уже и Гостинка. Я вошел в толпу гламурных бухих мальчиков, видимо только вылезших из гей клуба. Пахло потом и Givenchy. Меня смутило обилие блестящих сережек в правом ухе, и я не хотел ждать открытия метрополитена среди этих парней, и пошел дальше к Адмиралтейству. В академическом переулке прошел мимо кучи пьяных тел панков. В наушниках звучал King Crimson.

Шло время. Наступила осень. Я перешел на третий курс университета. Пошел на работу официантом. Начал ходить в тренажерку. Думал, если я подкачаюсь, то Павел хоть как-то загорится мною. Но при всей моей занятости, я никак не мог уйти от своих чувств. В один осенний день Павел прислал сообщение: "Я на днях буду в Питере по церковным делам, увидимся". Я был безумно рад, словно не виделся с ним вечность...
Он был все также красив. Мы гуляли по Питеру, посидели в суши. На его вопрос о делах, я сказал:
- Павел, я люблю тебя до сих пор... И что делать, не знаю.
- Я даже не знаю, что тебе ответить...
- У тебя вообще нет никаких чувств ко мне?
- Почему, дружеские... Мы могли бы быть хорошими друзьями. Я хочу сделать тебя религиозным человеком. Ты станешь моим духовным чадом.
- Думаю так не получиться. Потому что я люблю тебя. Нам не быть друзьями, увы...
- Ну, раз нет, тогда значит, и нет... - сказал он, как-то замешкавшись, словно у него заплетался язык.

Однажды, в переписке я написал, что не могу быть без него, на что Павел ответил: «успокойся, я тоже люблю одного, и смирился с невозможностью быть вместе». Эти слова потрясли меня. Я удалил его из друзей вконтакте, стер фотографии... Но ничего не изменилось. Я ходил, будто неприкаянный, меня ничего не радует, не увлекает. Я пытался найти себе партнера, но мне так никто и не понравился.

Вскоре я сильно поссорился с отцом и теперь живу один в нашей второй коммунальной квартирке. У меня пропал интерес к учебе, я забросил университет. Я разочаровал всех начальников на работе, и теперь я работаю в другом ресторане, где получаю гораздо меньше. Родители все еще любят меня, как и друзья, и пытаются помочь мне. Из-за депрессии я даже не смог прийти к доктору за справкой. Все показатели моей жизни двигаются к нулю. И я смирился с этим как с данностью, потому что все это словно неважно для меня. Я глубоко несчастный человек. Я не знаю, что будет дальше.

Я решил написать об этом, чтобы предостеречь ребят от подобных связей. Сторонитесь ущербных людей. Церковь - стала шкафом для геев. Многие из них стали гомофобами потому, что они сами геи. Они позволяют себе тайно утолять свои сексуальные похоти, но категорически не допускают даже и мысли о любви между двумя мужчинами. Это лживо, убого и нечеловечно! Теперь церковь для меня лишь государственный институт. Я знаю, есть духовные люди, но они есть и вне церкви. А все эти мальчики, которые побоялись признать себя теми, кто они есть, теперь стали священниками и регентами, и они берут на себя ответственность за верующих. Но я смотрю на моего «духовного» и «святого» Павла, и задумываюсь, брал ли он ответственность за меня, или просто использовал меня как тряпку, чтобы утолить свою похоть?! Я до сих пор люблю его, но это никак не помешает обличать его, и таких как он. Любите и будьте любимы. По отдельности, ни то не другое, не принесет счастья.

Евгений.


P.S. Публикуя рассказ Жени, я прекрасно понимал, что многие скажут: «вот видите, он стал геем из-за воспитания». Я не исключаю, что воспитание и обстановка, в которой рос Женя, могли оказать определенное влияние на его формирование. Но заметьте, никто из родственников Жени не хотел и не планировал вырастить из него гомосексуала, но наоборот, хотели вырастить мужчину, солдата. И теперь главное, - он гей, вне зависимости от своего желания. Разве кто-то вправе лишить его права на счастье, на близкие отношения? Жене действительно нужно помощь родных, друзей, наверное, и психологов, но не для того, чтобы переделать его (это невозможно), а для того, чтобы справиться с той ситуацией, в которой он оказался.

Что же касается церковнослужителей, то меня давно возмущает цинизм и лицемерие этих святош, которые осуждая однополую любовь, позволяют себе грязный секс с парнями, позволяют себе разбивать судьбы людей…

Melancholy-gay

41. Церковь просит прощение за поправку 8

Церковь (The Mission Gathering Church) оплатила рекламные щиты в Сан Диего, на которых просит прощение за манипуляции и поправку 8, которой от имени Бога лишили равноправия тысяч мужчин и женщин Калифорнии…

Our Hearts Are With You...
If you are reading this, it should mean that you have read our “I’m Sorry” statement either on our webpage, a billboard, a magazine ad, poster, or Facebook. The words of this statement are strong…and strong for a reason...http://www.missiongathering.com/ourhearts.php

17. И наше государство является светским

Путин считает, что изучение религиозных предметов нельзя вводить приказом сверху

Белгород. 14 сентября. ИHТЕРФАКС -

Президент РФ Владимир Путин убежден в том, что приказом сверху нельзя вводить обязательное изучение в школах предметов "по религиозной тематике".

Hа заседании Совета по реализации приоритетных национальных проектов и демографической политике лидер партии "Hародный союз" Сергей Бабурин попросил президента "снять опасения в связи с исчезновением таких школьных предметов, как "Основы православной культуры" и "История мировых религий".

"Ко мне поступило обращение Всемирного русского конгресса по этому поводу", - подтвердил В.Путин. В то же время он отметил, что к нему "поступило обращение представителей интеллигенции России по поводу того, что наше государство все-таки является светским".

В связи с этим президент подчеркнул: "У нас в Конституции записано, что Церковь отделена от государства".

"Вы знаете, как я сам отношусь в том числе к Русской православной церкви. Hо если кто-то считает, что сейчас надо поступить по-другому, иначе, то надо менять Конституцию. Я не считаю, что мы должны сейчас этим заниматься", - сказал В.Путин.

"Что касается воспитания детей в духе наших четырех религий - я за это, - отметил В.Путин. - Единственное, надо найти приемлемую для всего общества форму".
http://www.interfax-religion.ru/?act=news&div=20320

Президенту Российской Федерации В.В. Путину

Глубокоуважаемый Владимир Владимирович!

С нарастающим беспокойством мы наблюдаем за все возрастающей клерикализацией российского общества, за активным проникновением церкви во все сферы общественной жизни. Конституция Российской Федерации провозглашает светский характер нашего государства и принцип отделения церкви от системы государственного образования. Мы обращаемся с этим письмом к Вам как к высшему должностному лицу нашей страны, являющемуся гарантом соблюдения основных положений Конституции.

В марте с.г. в Москве проходил XI Всемирный русский национальный собор. Среди его решений обращает на себя внимание резолюция «О развитии отечественной системы религиозного образования и науки». Название несколько странное. Если религиозное образование — внутреннее дело РПЦ, то с какой стати церковь заботится о развитии науки? И нужна ли науке такая забота? Из дальнейшего текста все становится ясным. В резолюции предлагается обратиться в Правительство РФ с просьбой «о внесении специальности «теология» в перечень научных специальностей Высшей аттестационной комиссии. Сохранить теологию как самостоятельное научное направление».

Что касается попыток внедрения теологии в ВАК, они начались отнюдь не сегодня. Но раньше ВАК ощущала мощное давление, не видимое постороннему глазу. После Собора оно уже не скрывается. А на каком основании, спрашивается, теологию — совокупность религиозных догм — следует причислять к научным дисциплинам? Любая научная дисциплина оперирует фактами, логикой, доказательствами, но отнюдь не верой.

Между прочим, католическая церковь практически полностью отказалась от вмешательства в дела науки (в 1992 г. она даже признала свою ошибку в деле Галилея и «реабилитировала» его). В беседе с академиком В.И. Арнольдом (март 1998 г.) папа Иоанн Павел II признал, что наука одна способна установить истину, а религия, по словам понтифика, считает себя более компетентной в оценке возможного использования научных открытий. Наша РПЦ придерживается иной точки зрения: «Необходим диалог власти и общества для того, чтобы сложившаяся в советское время монополия материалистического видения мира наконец прекратилась в российской образовательной системе» (из резолюции Собора).

Вообще-то все достижения современной мировой науки базируются на материалистическом видении мира. Ничего иного в современной науке просто нет. Прекрасно высказался на эту тему известный американский физик, лауреат Нобелевской премии С. Вайнберг: «Опыт ученого делает религию совершенно несущественной. Большинство ученых, которых я знаю, вообще не думают на эту тему. Они настолько не размышляют о религии, что даже не могут считаться активными атеистами» (New York Times, 23 августа 2005 г.). Так на что же нам предлагают менять «монополию материалистического видения мира»?

Но вернемся к Высшей аттестационной комиссии. Внедрение церкви в государственный орган — очевидное нарушение Конституции страны. Впрочем, церковь уже внедрилась в вооруженные силы, СМИ рекламируют религиозные церемонии окропления новой боевой техники (спускаемые на воду надводные и подводные корабли окропляются в обязательном порядке, но, увы, не всегда это помогает). Широко освещаются религиозные церемонии с участием высокопоставленных представителей власти, и т.д. Все это примеры активной клерикализации страны.

В уже упоминавшейся резолюции Собора содержится еще одна настоятельная просьба «о признании культурологической значимости преподавания основ православной культуры и этики во всех школах страны и о включении этого предмета в соответствующую область федерального образовательного стандарта».

Иерархи РПЦ призывают Правительство ввести во всех школах России обязательный предмет — «Основы православной культуры». Надо сказать, идея запустить религию в школы страны вынашивается давно. В циркуляре Алексия II № 5925 от 9 декабря 1999 г., обращенном ко «всем епархиальным преосвященным», отмечается, что «мы не решим задачи духовно-нравственного воспитания будущих поколений России, если оставим без внимания систему государственного образования». В заключительной части этого документа сказано: «Если встретятся трудности с преподаванием «Основ православного вероучения», назвать курс «Основы православной культуры», это не вызовет возражений у педагогов и директоров светских учебных заведений, воспитанных на атеистической основе». Из процитированного текста следует, что под видом «Основ православной культуры» нам пытаются ввести (и вновь в обход Конституции) «Закон Божий».

Даже если предположить, что речь действительно идет о курсе «Основ православной культуры», уже не раз говорилось, что в многонациональной многоконфессиональной стране такой курс вводить нельзя. И тем не менее Собор считает, что изучение школьниками «Основ православной культуры» необходимо в нашем государстве, где православные составляют абсолютное большинство населения». Если считать атеистов русской национальности поголовно православными, то большинство, наверное, получится. А вот если без атеистов, то, увы, православные окажутся в меньшинстве. Ну, да дело не в этом. Разве можно так презрительно относиться к другим конфессиям? Не напоминает ли это православный шовинизм? В конце концов, неплохо было бы церковным иерархам задуматься, куда ведет такая политика: к консолидации страны или к ее развалу?

В Европейском сообществе, где межконфессиональная рознь уже проявилась во всей красе, после длительных обсуждений пришли к выводу о необходимости введения в школах курса истории основных монотеистических религий. Основной довод состоит в том, что знакомство с историей и культурным наследием других конфессий будет способствовать улучшению взаимопонимания между представителями различных национальностей и религиозных убеждений. Никому и в голову не пришло, к примеру, требовать введения «Основ католической культуры». На предыдущих Рождественских чтениях министр образования и науки А.А. Фурсенко сообщил, что закончена работа над учебником «Истории мировых религий». Лоббисты православия встретили сообщение в штыки. Между тем учебник, написанный сотрудниками Института истории РАН (он называется «Религии мира» и предназначен для учащихся 10—11-х классов средней школы), хорошо сбалансирован и содержит много сведений, которые следует знать каждому человеку, считающему себя культурным.

А что мы имеем сейчас? Год назад петербургская школьница Маша и ее папа обратились в суд с требованием включить в программу средней школы по биологии теорию творения человека божественной силой (креационизм) вместо «устаревшего и ошибочного» дарвинизма. Абсурдная сложилась ситуация: почему-то суд должен решать, верна ли теория эволюции, которая утверждает, что жизнь на Земле зародилась свыше трех миллиардов лет назад, или же справедлива теория творения, которая в отличие от эволюционной теории не может представить ни одного факта и тем не менее утверждает, что жизнь на Земле существует несколько тысяч лет. Казалось бы, это вопрос, относящийся только к компетенции науки. Однако Маша и ее папа получили поддержку от патриарха Алексия II, который на Рождественских образовательных чтениях заявил: «Никакого вреда не будет школьнику, если он будет знать библейское учение о происхождении мира. А если кто хочет считать, что он произошел от обезьяны, — пусть он так и считает, но не навязывает это другим». А что если в школе изъять любые доказательства, забыть про элементарную логику, полностью выхолостить последние остатки критического мышления и перейти на зазубривание догматов, тоже никакого вреда не будет? Кстати, чтобы все было точно, ни Дарвин, ни его последователи никогда не утверждали, что человек произошел от обезьяны. Утверждалось лишь, что у обезьяны и человека были общие предки. Да и не только с дарвинизмом у церкви проблемы.

Например, какое отношение имеет «библейское учение о происхождении мира» к фактам, твердо установленным современной астрофизикой и космологией? Что же в школе изучать — эти факты или «библейское учение» о сотворении мира за семь дней?

Верить или не верить в Бога — дело совести и убеждений отдельного человека. Мы уважаем чувства верующих и не ставим своей целью борьбу с религией. Но мы не можем оставаться равнодушными, когда предпринимаются попытки подвергнуть сомнению научное Знание, вытравить из образования «материалистическое видение мира», подменить знания, накопленные наукой, верой. Не следует забывать, что провозглашенный государством курс на инновационное развитие может быть осуществлен лишь в том случае, если школы и вузы вооружат молодых людей знаниями, добытыми современной наукой. Никакой альтернативы этим знаниям не существует.

Академики Российской академии наук

Е. АЛЕКСАНДРОВ Ж. АЛФЕРОВГ. АБЕЛЕВЛ. БАРКОВА. ВОРОБЬЕВВ. ГИНЗБУРГ С. ИНГЕ-ВЕЧТОМОВ Э. КРУГЛЯКОВ М. CАДОВСКИЙ А. ЧЕРЕПАЩУК
"Новая газета" 23.07.2007



…. Вячеслав Глазычев выступил за "усиление направления о национальных и этнокультурных проблемах" и призвал "обратить внимание на защиту светскости государства, ибо у нас сейчас распространяется ползучий клерикализм". "Я с уважением отношусь к церкви, но у нас она отделена от государства,-- пояснил он Ъ.-- Бурное вмешательство церкви во все государственные дела, вместо того чтобы заниматься приходскими делами, чрезмерно".

… сопредседатель Совета муфтиев России Нафигулла Аширов с выводами членов ОП согласился. "Я считаю, что инициативы, касающиеся изучения христианства в школах, привлечения священников в армию,-- все это прямое нарушение Конституции,-- заявил он Ъ.-- Я за то, чтобы религия была не государственным, а частным делом граждан. Я против того, чтобы церковь огосударствливалась, а государство становилось клерикальным. Светскость государства должна быть незыблемой".

.

С этой позицией солидарны и правозащитники. "Я полностью поддерживаю Общественную палату,-- заявил Ъ глава движения 'За права человека' Лев Пономарев.-- Я думаю, что церковь претендует на выработку государственной идеологии, поэтому нужно остановить ее внедрение во все области нашего общества".

«Превышение богослужебных полномочий» Ъ

Интересная подборка статей «Власть и церковь»

5. Я гей?

Мне не нравится классифицировать людей на категории и подгруппы. Это подходит к запчастям для автомобиля, когда любую деталь можно классифицировать по различным параметрам и найти в соответствующих каталогах, но зачастую, это неуместно по отношению к человеку. Это же касается и его сексуальных влечений.

Осознание своих сексуальных предпочтений пришло ко мне не мгновенно. На осмысление ушли годы, прежде чем я начал понимать, что что-то не так... Мой взгляд задерживается на красивом мужском теле, но я был абсолютно равнодушен к женскому телу. Никто не рассказывал мне о геях, или о гей отношениях, никто меня не совращал. Тогда у меня еще не было интернета и соответствующей литературы. Если где-то в прессе или в УК я и встречал сообщение о гомосексуалистах, то кроме страха и отвращения они ничего вызвать не могли.

С детских лет я посещал церковь. Я искренне впитывал все слова Евангелия. Однажды, осознав себя грешником, я покаялся и вскоре принял крещение. В тот момент я и сам не подозревал, что я гей. Со всеми сверстниками я держал себя очень сдержанно, а мысли о гомосексуальном контакте даже не приходили мне в голову. Единственно, с чем мне приходилось бороться, это с онанизмом, но тогда я еще не мог понять, что проблема далеко не в мастурбации…

Потом были долгие годы непонимания, поисков и томлений, но однажды наступил момент, когда я был вынужден признаться себе, что мне нравятся парни. Учитывая среду, в которой я жил, и те христианские взгляды, которым я был научен, для меня все это оказалось шоком. Я молился, боролся, размышлял, читал. Проходили годы, но ответа и выхода я не находил.

Я всеми силами пытался отдаться работе и служению, не оставляя времени на личную жизнь. В наивности я не понимал, что служение не заменит личной жизни. Порой депрессии и внутренние противоречия валили меня с ног, ведь я был очень одинок. Почему? Ну, во-первых, при отношении к геям, которое было в нашем обществе, и в церкви в частности, я не мог говорить о своих переживаниях.

Во-вторых, гей не может получить от женщины не только физическое, но и эмоциональное удовлетворение. Поспрашивайте у бывших советских солдат, после долгого пребывания в казарме им хотелось просто пообщаться с девчонками, и это не значило, что между ними обязательно был секс, - парни нуждались в эмоциональном общении с девушками.

Для меня не имеет значение с кем общаться, - с мужчиной или с женщиной. Я ценю в людях ум, доброту, остроумие, и если в собеседниках я находил эти качества, то мы становились друзьями (независимо от их пола). Но в глубине души я мечтал о друге, с которым бы мог общаться, которого бы мог обнять, и который бы с нежностью прижимал свою голову к моей. Как и все люди, я нуждался в любви и нежности, хотя кому-то это может показаться банальностью.

Не стоит думать, будто геи постоянно ищут сексуальных утех, меняют партнеров и живут исключительно сексом! Я всегда мечтал лишь о верной дружбе. Мне хотелось чувствовать, что мы принадлежим один другому, и зависимы друг от друга. Даже немолодые женщины (старые девы) в протестантских церквах могут тешить себя надеждой (большей частью иллюзорной), что однажды найдется тот, который полюбит ее, и они проведут вместе остаток своих дней. Гея христиане лишают и этого шанса.

Я имею представление о современных христианах, о их прошлом, о их сексуальных похождениях и вольностях. И эти люди пытаются сегодня меня обличать и безапелляционно диктуют, как мне нужно жить. Ау! В возрасте, когда многие из вас сменили уже не одну партнершу, я оставался девственником, потому что боялся Бога.

Шли годы, и я начинал понимать, что от обычных ребят мне ожидать особой привязанности не стоит, а идти в круги голубых в поисках друга, я не тоже хотел. Так я и ломался в некой раздвоенности. В моей жизни было несколько друзей, которые были мне особенно дороги. Наши отношения были невинны, но для меня эти друзья значили очень много. Наверное, я был влюблен в них. Расставание с ними причиняло мне невыносимую боль, а дни после разлуки с ними были очень тягостны. Утешением для меня ставала надежда на следующую встречу. Но кто-то из них уезжал, потом они начали жениться, и я оставался один. Эмоционально один.

2. Тебе нужно исповедаться

"Тебе нужно исповедаться" - Это самый распространенный совет, который дают геям на христианских форумах.

Хочу написать свое мнение по этому вопросу.

Католические поляки открыли кабинки для исповеди в торговом центре. По Германии ездит микроавтобус -«исповедальня на колесах». На заборах можно увидеть номера телефонов, по которым можно исповедаться. По железной дороге России ездит вагон-церковь. Но все это экзотика, а есть и более традиционные методы исповеди – лицом к лицу. И многие люди идут, чтобы облегчить душу, решить накопившиеся духовные проблемы. При этом, простые неверующие люди предпочитают душевный разговор за бутылкой водки, а богатые атеисты предпочитают психоаналитиков.

Всегда ли исповедь может быть полезна? К сожалению, нет. В православии, где гомосексуальные отношения не редкость, или в католицизме, известном своими скандальными историями о совращении детей священниками, вас может ожидать жуткое разочарование. Вместо облегчения, вы испытаете на себе сексуальные домогательства со стороны священника. Например, в Англии принято решение заменить все деревянные кабинки для исповеди на кабинки из прозрачного материала, чтобы обезопасить детей от совращения «исповедником». Страшно? Да, но это реальность.

Есть продвинутые харизматические лидеры, обладающие дарами и талантами. Но, к сожалению, и многим из них ваша исповедь может оказаться не по плечу. Кто-то чувствует острую неприязнь к геям, кто-то сам имел схожие проблемы, и ваш рассказ может спровоцировать трудности и у самого пастора. Кроме этого, пастору захочется поделиться вашей проблемой с другими лидерами, или хотя бы с женой, которая «поддерживает его во всем». И «молиться» о вас будет уже несколько человек. Прикиньте сами, через сколько времени вы почувствуете на себе «сочувственные» взгляды многих прихожан вашей церкви.

Вчера люди с многих стран съехались в Тулу, чтобы провести в последний путь своего лидера – Геннадия Крючкова. А вот это «братство» вообще прославилось тем, что «исповедание» у них поставлено на поток, а информация с исповедей используется для шантажа неугодных, для давления на рядовых членов церкви и на служителей.

Если говорить о простых христианах, с которыми вы бы могли быть откровенны, то здесь тоже не все просто. Девушка-христианка может стать жилеткой для плача и может помолиться с геем , но на этом ее помощь заканчивается. Более того, некоторые девушки, пытаясь помочь гею, подсознательно рассчитывают «перевоспитать» его, и женить на себе, а с этого ничего не получается.
Парень-христианин, узнав о вашей ориентации, может начать испытывать к вам неприязнь, или, наоборот, - соблазн поэкспериментировать с вами…

«У вас тысячи наставников во Христе, но не много отцов» (1Кор.4:15). Эта проблема сегодня актуальна как никогда. Есть множество титулованных священников, лидеров, пасторов, бакалавров и докторов, но многие из них в состоянии понять вас и помочь вам? Если вы нашли такого священника, то я рад за вас.

P.S. А из специальной литературы на эту тему я встречал одну очень хорошую книгу . «Эрос оскверненный», которую написал теолог и психиатр Джон Уайт .